9 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Общая баня в деревне

БАНЯ деревенские рассказы

Суббота. Каждую субботу Степан Иванович топил баню. Весь день управлялся по хозяйству, помогал жене. Сегодня с утра почистил в клетках у нутрий, навоз аккуратно сложил в кучу. Получился красивый конус.
Зимой темнеет рано, поэтому Степан Иванович затопил баньку пораньше, прибрался в комнате отдыха, пополнил красивую бутылку самогоном, приготовил трёхлитровую банку вина и, конечно же, свои фирменные огурчики.
Погода тоже не подвела, очень кстати пошёл снег, а к вечеру опустился лёгкий морозец.
Придёт завсегдатай и любитель баньки, Петр Иванович – он единственный друг, с кем можно крепко попариться, выпить, да и поговорить по душам.
Ну, вот банька готова. Первой в баню, Степан Иванович отправил свою жену, Любашу, пусть попарится и идёт в дом, отдыхать, а то вечно всю беседу испортит. Ни крепкого слова не скажи при ней, ни выпей, да и вообще — нечего ей делать в мужской компании.
А вот и Петро Иванович пришёл. – Заходи Петя, Любаша моя только что пошла в дом.
— А ты что же с ней не ходишь в парную? Боишься, соблазнит? – улыбнулся Петр Иванович.
— Да шо ты, какой там соблазнит? Была бы девка лет эдак двадцати, тогда другое дело, можно было бы и поволноваться, а так…
— Он слышишь, Собака лает, никак идёт кто-то. Кого — то ждешь?
— Нет, ни кого.
Открылась входная дверь и в комнату отдыха ввалился Ромик. — Оооо! – воскликнул Ромик, — «дидЫ уже тут»! А я иду мимо вижу, банька топится. Дай думаю, зайду. Не прогоните? Интересно с вами поболтать, да послушать.
— Ага, в смысле самогону попить на халяву. — Не сдержался Петр Иванович.
— А те чё жалко?
— Да не, не жалко. Заходи, раздевайся. Париться то, будешь? — Спросил Степан Иванович. – А то может, «писяшку» накатишь да пойдёшь?
— Ну, если не прогоните, буду.
— Да куда ему париться? Он уже поддатый! А доктор Болотов говорит, что алкоголь, а так же секс с парной совмещать нельзя.
Ромик с удивлением окинул быстрым взглядом помещение, — ну секса, я вижу, у вас тут нету, а с парной я, как-нибудь, договорюсь. – Стал раздеваться и вдруг замер, как будь то, что вспомнил, — дед Стёп, а хочешь, я щас девок сюда приведу?
— Та иди ты со своими девками, замахал руками Петр Иванович!
— Ааа, боится! Ну ладно, ладно, я пошутил.
-Ну, ты Ромик пока готвся, а мы Петя пошли в парилку.
-Не, не дед Стёпа, я, я, первый! — возразил Ромик и, сбрасывая с ноги зацепившиеся штаны, бросился в парную.
Хорошо напарившийся вышел из бани на свежий воздух, Ромик с удовольствием наблюдал, как от него исходили клубы пара, как невесомые снежинки таяли, ложась на разгорячённую кожу.
Сделав несколько глубоких вдохов, его взгляд остановился на заснеженной куче. Подумал, — ай да дееед! Какой молодец! Такую снежную кучу нагрёб. Явно сам хотел в снегу изваляться после парной. Но первым, буду я.
Легким движением Ромик сбросил простыню и сделал короткий, но мощный разбег, подпрыгнул, на лету поджал ноги и «бомбочкой» сиганул в конус.
Навозная куча приняла Ромика в свои объятья. Под натиском ста тридцати килограммов живого веса, половина кучи разлетелась брызгами в разные стороны, как будто, её и не было.
Ошалевший от неожиданного поворота событий, Ромик сначала замер, сидя по пояс в навозной куче, потом попытался выбраться из неё. Куча не отпускала. Тогда Ромик проявил смекалку, лёг на спину и, сделав кувырок назад, скатился вниз, с трудом вытаскивая ноги. Ромик встал, в недоумении растопырил руки в стороны и повернулся лицом к бане.
На пороге стояли оба деда, держась за животы от смеха, неудержимо ржали.
Окатив Ромика двумя вёдрами воды, отправили его в душ отмываться, а сами зашли в парную.
Парились молча. Каждый думал, как ему казалось о своём, а на самом деле, думали об одном и том же. О юности, о молодости. Отхлестали друг друга веником, кряхтя и охая от жгучего пара.

Каждый раз при встречах, Петр Иванович пытался признаться Степану, открыть свою не лёгкую тайну всей своей жизни, но никак не получалось, то момент не подходящий, то кто ни будь, мешал своим присутствием. Вот и сегодня хотел открыться, да Ромика чёрт принёс.
После третьего захода в парную, сели за стол.
— Ну, что друг мой старинный, давай по винцу. – Предложил Степан Иванович, как будто, подталкивая Петра Ивановича к откровенности, наливая вино в стаканы.
— «Друг» — еле слышно произнёс Пётр Иванович. – Глянул на Ромика, тот уже едва держал голову от выпитого, на халяву самогона. Хмель качал его со стороны в сторону, отвисла челюсть, и он, иногда открывал ничего не видящие глаза и хлопал ими, потом снова глаза закрывались.
— А знаешь, Стёпа, я ведь в молодости хотел тебя убить! – глянул на Степана, надеясь увидеть в его глазах удивление.
— Знаю Петя. Знаю.
От удивления Пётр Иванович чуть не упал со стула. – Как? Откуда? Я ведь ни кому… никто, ни сном, ни духом…!
— Анютка твоя, царство ей небесное, через пару месяцев после вашей свадьбы говорила со мной. Предупреждала, просила быть осторожнее, умоляла избегать с тобой ссор, скандалов. Да я и сам видел, как ты смотрел на меня, как увидишь, так в глазах бесы скачут. Улыбаешься мне, а глаза горят ненавистью. Так бы и разорвал в клочья. Не знаю, что тебя останавливало.
— Ты же знаешь, очень любил я твою Любашу. Впрочем, как и ты. Но она выбрала тебя. А Анютка любила меня, как она говорила, – «без памяти».
На твоей свадьбе, я заливал горе водкой. Кричал «Горько» громче всех, притворно веселился, не подавал виду, а что творилось в моей душе, только Анютка понимала, не давала шагу ступить, всё висла на мне, не отпускала от себя. А когда я набрался почти до беспамятства, увела меня домой. Там и была наша с ней первая брачная ночь. Ночь была сумасшедшей. Все свои чувства я изливал на Анютку, а грезил, думал, видел и был с Любашей. А когда приходил в себя и понимал, что со мной не Любаша, с остервенением, жестоко насиловал Анютку. Потом снова забывался и, задыхаясь от счастья, любил, ласкал и целовал Любашу.
Через неделю после твоей свадьбы, Анютка серьёзно поговорила со мной, о том, что Любаша замужем и ничего уже не изменить, что надо строить свою жизнь, свою семью. Я, недолго думая, предложил ей выйти за меня замуж, она, тут же не раздумывая, согласилась.
Пока был медовый месяц, как будто, чувства к Любаше притупились, улеглись, а когда отношения с Анюткой стали обыденными, не реализованная любовь к Любаше запылала с новой силой.
На работе забывался, даже шутил иногда, а как идти домой, так душа начинает выть, скулить, нет желания идти домой. Не потому, что там плохо, а потому, что идти надо не к Любаше.
Напивался до полу беспамятства и тогда едва плёлся домой. Когда ложился в постель в пьяном угаре, все ласки, поцелуи и нежности предназначались Любаше, а изливались на Анютку. По утрам не один раз замечал, что подушка её мокрая от слёз. Всё понимал и как побитая собака, не поднимая глаз, шёл на работу.
Вот тогда и пришла мне в голову мысль убить тебя Стёпа. Я сделал финский нож, отшлифовал его, наточил, он был острый как бритва. Я надеялся, что где ни — будь в безлюдном месте я тебя встречу и тогда всё случится.
Но однажды, в доме в присутствии Анюты нож выпал у меня из кармана. Ей хватило одного взгляда, что бы понять, что это за нож и для кого он. А сама робко улыбнулась и спросила – это для меня? Ты хочешь меня убить, Петя?
– Тьфу, на тебя! Типун тебе на язык! — сказал я и зыркнул на неё испепеляющим взглядом.
Она немного помолчала, стала серьёзной и тихо так сказала. — Ты думаешь, если его убьёшь, то она выйдет за тебя замуж? – Сделала паузу, — ты ошибаешься. Она возненавидит тебя. Его похоронят, тебя посадят и останутся одинокими две несчастные женщины. Она говорила не опровержимо правильные слова, она была права. Тогда я не вероятными усилиями запретил себе думать об убийстве, но нож ещё долго носил с собой. Зачем? Сам не знаю.
Но мне всё так, же не хотелось идти домой, я так, же напивался и так, же были жаркие ночи, как мне грезилось с Любашей и всё так, же поутру мокрые подушки от слёз Анюты.
Пётр Иванович умолк уронив голову на грудь, помолчал, что то, вспоминая, снова заговорил.
— Перед смертью Анюта попросила меня сесть рядом и выслушать, не перебивая. Она с трудом говорила, — «я любила тебя Петя всю жизнь, любила без памяти, жила только для тебя и детей. Хорошо, что они уже взрослые. Я не просто любила тебя, я боролась за свою любовь, за своё счастье и тем счастлива. Прости меня если я, что-то не так сделала». — Потом умолкла, как будто, уснула и тихонько умерла.
Только тогда я понял, что счастье моё было со мной рядом, я не видел его, не замечал, или не хотел. О чём я теперь очень горько сожалею, но теперь, то уж поздно.
Иногда она приходит ко мне во снах, такая же статная красивая как в юности, обнимает, ластится, любит меня, взгляд ласковый, нежный. А то вдруг так посмотрит, с таким укором, что жутко становится, и я от этого просыпаюсь. И ни кто мне уже не нужен, ничему я уже не рад. Всё прошло, перегорело, как будто, очнулся я от какого то — наваждения, или от тяжкого сна, а может Анютка освободила меня от этого наказания, унесла его с собой. Остались только воспоминания от тех жарких ночей. Гложет меня мой грех, а рядом со мною ни кого, только горечь, тоска, да печаль.
Вот так я загубил жизнь. Сгорела Анюта в огне безответной любви. Троих детей мне воспитала. Они уже самостоятельные, разъехались кто куда. Вот такая на мне теперь тяжёлая ноша, друг. Хотел тебя убить, а убил своё счастье.
— Давай помянем Анютку. Красивая была, добрая, кроткая и тебя дурака любила. Не знаю только за что? – наливая стаканы, предложил Степан Иванович.
— Давай. – согласился Пётр Иванович и добавил, — «имеем, не храним – потерявши плачем»!

Особенности устройства и применения деревенской бани

В деревенском быту баня выступала в роли универсального средства на все случаи жизни. Помимо гигиенической функции, она позиционировалась в роли врачевательницы и повитухи, без нее не обходились ни свадебные, ни похоронные обряды. Баня в деревне помогала увидеть потенциального жениха, предсказывала погоду и пророчила будущий урожай. Впрочем, обо всем по порядку.

Дарующая жизнь

В русской деревне баня была самым чистым местом с санитарной точки зрения. Особенно это касалось помещений отапливаемых по-черному. Фитонциды, содержащиеся в березовом дегте, настолько подавляли патогенную микрофлору, что стерильность тогдашней парилки можно было сравнить с операционной, в какой нибудь нынешней районной больнице.

Деревенская банька в течении трех, а порой и семи дней служила неким обособленным, самодостаточным помещением, в котором содержалась роженица с младенцем. Большой знаток русской старины и славянской мифологии С.В. Максимов писал: «Все твёрдо убеждены, что банник очень любит, когда приходят к нему жить родильницы до третьего дня после родов, а тем паче на неделю». Только после истечения этого периода времени, новорожденного торжественно вносили в дом и отец первый раз мог увидеть свое чадо.

Перед началом родов баню как следует протапливали, причем, в качестве топлива никогда не использовали сосновые, еловые или осиновые дрова. Предпочтение отдавали дубовым, березовым и кленовым. Для родильной дерево для дров нельзя было рубить. Собирали только сухостой, валежник, древесину намытую половодьем или, в идеальном случае, пораженную молнией.

Пол в бане плотно устилали соломой, особенно ценилась в этом деле ржаная и овсяная. Бабка повитуха по приходу в баню разбрасывала маленькие камушки, с приговором: «Камнем, да черту — в лоб», образно изгоняя нечистую силу из помещения. Во время родов помещение запирали изнутри, а роженица просила банника помочь легко разродиться.

Словечко от Бывалого! Знающие люди говорят, что после рождения ребенка деревенская баня должна была «отдохнуть». То есть ее не менее 12 раз должны были использовать по прямому назначению и только после этого принимать очередную роженицу.

Обычай рожать в бане не стоит приписывать исключительно славянской культуре, традиции такого характера сильны у большей части индоевропейских народов.

Соединяющая судьбы


Деревенские мыльни служили особым местом и в делах свадебных. Собственно, бани такого рода условно можно разделить на две большие группы: подвенечная для невесты в отчем доме и совместная для молодоженов на второй день свадьбы.

Подвенечная баня

Для невесты эта баня служила прощальной в родном гнезде. Специально для нее помещение выскабливали набело, украшали цветами и венками, устилали душистыми травами. Торжественную процессию похода возглавлял брат невесты, за неимением такового, в некоторых местах Русского Севера его с успехом заменял деревенский колдун, опоясанный рыболовной сетью. Второй, перед невестой шла близкая подруга, которая «разметала невесте тропку» новым веником, очищая дорожку от дурного и непотребного. Сама невеста ритуально всплакивала и причитала, прощаясь с девичеством.

Важно! Для любителей традиционных обрядов стоит помнить, что невесте не дают самостоятельно переступить порог бани, а вносят в помещение на руках.

Здесь происходило ритуальное расплетение косы, олицетворявший прощание с девичеством.

Баня молодоженов

Является обязательным ритуалом и в старое время игнорирование этой процедуры вызывало активное общественное порицание.

Баню для молодых, в доме жениха натапливала дружка, в некоторых районах, к этой процедуре допускалась сваха.

Естественно, деревенская банька для такого торжественного случая богато украшалась и вычищалась. Гости во время процедуры парения располагались вокруг помещения постукивая в чугунки и сковородки, отпугивая, таким образом нечистых и злых духов. Очень часто, после молодых баньку опробовали и гости, и что важно, так же попарно — мужчина и женщина.

Молодая жена обязательно берет расшитое полотенце, в подарок баннику, чтобы задобрить того и заручиться поддержкой и защитой при будущих родах.

Правила принятия традиционной деревенской бани

Как правило, в русских деревнях традиционным банным днем была суббота. Существовал, а в некоторых местах и сейчас практикуется целый свод неписанных правил, обязательных к исполнению. Некоторую часть из них мы приведем:

  • В бане в деревне не принято употреблять спиртные напитки. На пропарку нужно идти на пустой желудок для легкости и хорошего принятия организмом пара. Жажду утоляют квасом, морсом, чистой водой. Обязательное условие, никогда нельзя пить воду, приготовленную для мытья, какой бы чистой ключевой она ни была;
  • Придя в мыльню, не стоит сразу направляться в парную. Нужно посидеть в предбаннике, настроиться на хороший лад, дать телу адаптироваться к предстоящей термальной нагрузке;
  • Тогда использовалось правило: «в парной не сидят, а лежат». И оно не лишено практического смысла. Перепад температур в зоне ступней и макушки головы может достигать 40 градусов Цельсия, а порой и выше. Это обстоятельство вводит организм, особенно ослабленный и неподготовленный, в состояние температурного шока и ни о каком терапевтическом и общеоздоровительном эффекте речи быть не может. Горизонтальное расположение тела на полке предопределяет равномерное распределение теплового воздействия;
  • В деревенской русской бане очень требовательно подходили к выбору веника. Во-первых, никогда нельзя использовать еловый. Именно таким веником парили покойника, подготавливая его к переходу в иной мир. Во-вторых, самостоятельно связывая веники, не использовали нижние ветви древесной кроны и верхние, заготавливая сырье из средней части. Наилучшим временем для такого промысла считали период растущей Луны. Якобы, тогда древесная ветвь обладает наибольшей целительной силой. Если, все таки вспомнить о вениках хвойных пород то стоит, очевидно, упомянуть пихтовый, который незаменим для массажа и растирания при профилактике и лечении суставных хворей и можжевеловый, — именно он чемпион по созданию в парной непередаваемой душистой атмосферы;
  • Сельские бани не признавали мыла. Альтернативой ему служил щелок на основе золы из березовых дров, либо обходились скраблением, оригинальной процедурой, при которой распаренное тело обрабатывалось липовой либо ольховой дощечкой рабочая кромка которой была немного «размохначена» ударами твердого предмета. Скрабление тела прекрасно снимало верхний ороговевший эпителий, открывало и очищало поры, улучшало микроциркуляцию крови, как кожных покровов, так и мышц. Мочалка в старое время изготавливалась из липового лыка и ее воздействие на кожные покровы было схожим с процедурой скрабления. В южных регионах вместо щелока использовалась глина и растения с соком определенной консистенции, например мыльнянка или мыльный корень;
  • Общая баня в деревнях если сооружалась, то за общественный кошт и всем миром. Такие заведения отличались фундаментальностью и основательностью. К примеру, только печь могла достигать объема 12 — 16 куб. м. а вмурованный в нее котел бал способен вместить порядка 4000 л. воды. Конструкции таких прообразов общественных бань отличались поразительной теплоемкостью. Известны случаи, когда на первый день после протопки в бане парились, на второй она была горячая, на третий — в меру теплая для того, чтобы чесать льняное волокно;
  • Баньку в деревне не нужно посещать в одиночестве, как минимум, вдвоем. Так и париться сподручнее, да и в целях безопасности гораздо приемлемей. После посещения бани положено посидеть 20 — 30 минут в тишине, приводя мысли в порядок, а душу в умиротворение. А после этого и пропустить бокальчик пива или рюмочку домашней настойки на березовых почках или листьях смородины не грех.
Читать еще:  Печи для бани с теплообменником для воды

Заключение

Деревенская баня, есть и будет нерушимой хранительницей традиций и народной мудрости. В течении столетий она аккумулировала знания и опыт целых поколений. В ней рождалась новая жизнь, соединялись судьбы, проходили будни и праздники, лечили хвори, наконец, через ее порог переступали в лучший из миров. Сохранение традиций является важной задачей сбережения аутентичности народа, поэтому на лесной опушке, да на берегу озера будет еще долго радовать русского человека, без званий и сословий.

Деревенская баня: царский отдых в русской деревне

Деревенская баня – это место, которое уже на протяжении нескольких сотен лет приносит удовольствие всем жителям деревень и их гостям. В ней вы сможете почувствовать запахи свежезапаренных веников и контраст между горячим паром и холодной водой. Баня – это настоящая радость не только для души, но и тела.

Нужно сказать, что такая баня является самой полезной и доступной spa-процедурой, а её секреты передаются от одного поколения к другому. Никакие существующие в наше время аналоги не способны передать ту неповторимую атмосферу русской парилки.

Внешний вид постройки

Немного истории

Деревенская русская баня имеет длительную историю. Впервые упоминания о ней у славян на Руси появились в «Повести временных лет», но у некоторых историков существует точка зрения о том, что такая постройка была уже в пятом веке нашей эры.

Какой бы не была настоящая дата появления её на Руси, можно уверенно констатировать лишь один факт – посещение бани является исконно русской традицией, которая практикуется и в наше время. С трепетом передаются из поколения в поколение правила посещения, банные принадлежности и ритуалы, а также методы оздоровления с помощью её.

Веник для массажа

Важно. У многих европейских народностей баня является сакральным местом, которое имеет свою энергетику.
Русские деревенские бани тоже не исключение.
Дело в том, что согласно поверьям в них живет нечисть, поэтому нетопленная баня является пристанищем нечистых сил.
Из-за этого есть примета не забирать домой банный инвентарь.

Строились такие сооружения вблизи водоемов или на собственных участках, а мыться туда ходили по субботам целыми семьями. Именно поэтому и в наши дни суббота считается банным днем. По прошествии многих лет мало что изменилось и бани, как и раньше, сопровождают жизни наших соотечественников.

Средневековая русская банька

В наши дни во многих частных домах есть своя баня, у кого-то небольшая и скромная, а у кого-то целый гостевой дом с баней. Но, несмотря на это они строятся, как и прежде согласно существующим обычаям.

Виды построек

Сделанная баня в деревне своими руками может соответствовать одному из двух типов: по-черному и по-белому .

Предлагаем вам рассмотреть более подробно каждый из видов:

  • По-черному. Это пятистенные рубленные постройки, которые внутри разделяются стеной на парилку и предбанник. Сама печка в такой бане складывается по-особому из камней и не обладает трубой. В таких условиях дым проникает наружу через специально оставленные щели в потолке и через приоткрывшуюся дверь.
    Свое название такая банька получила заслужено, потому что во время протопки чернота (деготь и копоть) от дров оседает на стенах. В такой хорошо протопленной бане стерильность издавна приравнивалась к операционной, тут повитухи в средние века принимали роды;
  • По-белому. Такой вид бань появился позже и по сравнению с предыдущим он не имеет особых конструктивных отличий. Единственная разница заключается в печи, тут она оборудована дымовой трубой, которая выводит газы за пределы постройки, поэтому стены не закапчиваются. Значительно больше внимания уделяется комфорту – предусматривается отдельная моечная и утепленный предбанник. Цена постройки такой бани будет немного выше, чем предыдущей.

Важно. Баньки по-белому начали появляться в 19 веке у зажиточных крестьян, которые имели более высокий уровень дохода.

Устройство

Общая баня в деревне может без проблем построиться среднестатистическим человеком, потому что она имеет легкое устройство и не требует специальных инструментов. Если взять в руки проект обыкновенной деревенской бани, то можно увидеть, что её конструкция почти идентичная любому проекту бани по-белому.

И те и те разделяются на основные помещения:

  • Парилка. Это самое горячее место, которое оборудуется широкими полками и скамейками для бани, в ней проводится массаж веником;
  • Мойка. Нужна для того чтобы хорошо вымыться перед посещением бани и ополоснуться после, смыв тем самым выведенные через кожу шлаки и соли;
  • Предбанник. Тут можно оставить одежду во время процедур, а также после посидеть с кружечкой холодного кваса или же за настоящим самоваром. Это помещение является зоной релаксации и отдыха.

Главная особенность такой бани – это проливной пол, который обеспечивает отвод лишней влаги и сырости с парной. Сделать его несложно, но нужно продумать все мелочи, чтобы он служил на протяжении многих лет без ремонтов и замен.

Конструкция такого пола позволяет жидкости спокойно стекать в пространство под постройкой или же в специальный желоб, обустроенный посредине парной.

Такой пол с желобом более предпочтителен и долговечен, потому что вода отводится за пределы постройки. Инструкция по строительству предусматривает собой, что отверстия, в которые желоб выводится, должны оснащаться заглушками, которые будут предотвращать появление сквозняков зимой.

Совет. В нынешнее время проливной пол можно сделать не только из деревянных половиц, но и из классических плит, которые покрываются керамогранитом.
Такое напольное покрытие не подвергается гниению, а значит и его ремонт будет редкий.

Само место для строительства лучше выбирать рядом с прудами или реками, но если водоемов нет, то баня деревенька может устанавливаться прямо во дворе участка с небольшим бассейном. Фундамент выбирается в зависимости от типа грунта и конструкции бани. Можно взять ленточный, столбчатый и даже облегченный — песочный.

Тепло и свет

Главное отличие деревенской бани от современной – это её полная автономность, ей не нужно электричество и природный газ. Вместо освещения применяются керосиновые лампы или свечки, с их помощью можно возвратиться к истокам и традициям предков. Но только не нужно забывать о мерах безопасности при обращении с ними.

Центральная фигура в парной – это печка, именно её сооружению нужно уделить особое внимание, потому что от качества её работы будет зависеть весь комфорт. Обычно источник теплоты располагают рядом с входом, чтобы печка могла отапливать и предбанник с моечной. Идеальное решение для такой бани – печь-каменка, если её грамотно построить, то она будет давать много жара и пара. Для любителей погреться в баньке она будет отличным вариантом.

Вывод

В этой статье мы рассмотрели истоки появления парилок, а также разобрались, что деревенская баня своими руками может быть строена без особых проблем. После этого вам останется только наслаждаться отдыхом в ней и ощущать древнюю культуру русского народа. В представленном видео в этой статье вы найдете дополнительную информацию по данной теме.

Общие бани на Руси: почему в них не видели бесстыдства

Русские бани. Место омовения или разврата?

Русские бани долгое время не давали покоя иностранцам. Так что все-таки делают там русские? Моются или развратничают? И чему способствует такая простота нравов: развращению народа или, напротив, его целомудрию? Мнения разделились.

Казанова, всемирно известный покоритель женщин, чье имя стало нарицательным, высказался следующим образом.
«По субботам я ходил с ней (с любовницей – К-К) в русские бани, дабы помыться в обществе еще человек 40, мужчин и женщин, вовсе нагих, кои ни на кого не смотрели и считали, что никто ни них не смотрит. Подобное бесстыдство проистекало из чистоты нравов».
Дж. Казанова «Воспоминания»

Ж. Делабарт Вид Серебренических бань в Москве (или «Серебренические бани на берегу р. Яузы с изображением обряда русской свадьбы») 1796. Русский музей.

Венесуэлец Франциско де Миранда, посетивший Россию в 1786-1787 гг., похоже, был не в большом восторге от увиденного и происходящее его шокировало. Хотя, судя по частому упоминанию в мемуарах походов к дамам легкого поведения, особым целомудрием путешественник не страдал.
«Оттуда поехали в Большие бани, мужские и женские, что на Москве-реке. Зашли сначала в мужские, где увидели великое множество голых людей, которые плескались в воде безо всякого стеснения. Через дверцу в дощатой перегородке проследовали в женскую часть, где совершенно обнаженные женщины прохаживались, шли из раздевальни в парильню или на двор, намыливались и т.д. Мы наблюдали за ними более часа, а они как ни в чем не бывало продолжали свои манипуляции, раздвигали ноги, мыли срамные места и т.д. …

В конце концов, пройдя сквозь толпу голых женщин, из коих ни одна не подумала прикрыться, я вышел на улицу и дошел до другого входа в ту же баню, откуда все было видно как на ладони, а потом снова зашел внутрь, и банщицы, взимавшие плату у входа, даже не подумали меня остановить. Тела беременных из-за огромного живота напоминали бесформенную массу. Поистине, разглядывая всех этих обнаженных женщин, всех возрастов и с самыми разнообразными формами, я не смог отыскать в них большого сходства с «Венерой» из собрания Медичи… В этой бане бывает более 2 тысяч посетительниц, главным образом по субботам, и с каждой берут всего две копейки; однако меня уверяли, что хозяин получает большой доход. Оттуда мы вышли наружу и проследовали к реке, чтобы посмотреть на женщин, которые после бани идут туда купаться. Их было очень много, и они спускались к воде без малейшего стыда. А те, что были на берегу и еще мылись, кричали нам по-русски: «Глядеть гляди, да не подходи!» Мужчины там купаются с женщинами почти вперемешку, ибо, если не считать шеста, их в реке ничто не разделяет… В деревнях еще сохраняется обычай купаться вместе мужчинам и женщинам, и нынешняя императрица первой позаботилась о том, чтобы соблюдались приличия и купание было раздельным. »

Гравюра Эйхлера по картине Делабарта. 1799.

Внес свои пять копеек и наш соотечественник, А.Н.Радищев.
«Бани бывали и ныне бывают местом любовных торжествований. Путешественник, условясь о пребывании своем с услужливою старушкою или
парнем, становится на двор, где намерен приносить жертву всеобожаемой Ладе. Настала ночь. Баня для него уже готова. Путешественник раздевается, идет в баню, где его встречает или хозяйка, если молода, или ее дочь, или свойственницы ее, или соседки. Отирают его утомленные члены; омывают его грязь. Сие производят, совлекши с себя одежды, возжигают в нем любострастный огнь, и он препровождает тут ночь, теряя деньги, здравие и драгоценное на путешествие время. Бывало, сказывают, что оплошного и отягченного любовными подвигами и вином путешественника сии любострастные чудовища предавали смерти, дабы воспользоваться его имением. Не ведаю, правда ли сие, но то правда, что наглость валдайских девок сократилася. И хотя они не откажутся и ныне удовлетворить желаниям путешественника, но прежней наглости в них не видно.»

Высказал свое мнение по этому поводу и Ш.Массон.
«Хотя русские бани и описывались много раз, но я все же считаю нелишним поговорить о них здесь, так как они сильно влияют на характер и нравы женщин из простонародья. Приехав в Россию, я решил сам лично проверить то представление, которое у меня сложилось на основании рассказов путешественников и которому я не очень доверял… Итак, однажды с одним из друзей я отправился на берег Невки к общественным купальням; идти далеко не пришлось, чтобы убедиться, что русские красавицы привыкли выставлять свои прелести перед прохожими. Толпа женщин всех возрастов, привлеченных июньской жарой, не сочла даже нужным идти в ограду купальни. Раздевшись на берегу, они тут же плавали и резвились…

С тех пор я много раз бывал в банях и видел то же, что и на берегу островов Невы. Но после набросанной выше картины большие подробности были бы слишком непристойны. Правда, целомудренная Екатерина издала указ, предписывающий предпринимателям публичных бань строить их для обоих полов раздельно и в женские пускать только тех мужчин, которые необходимы для их обслуживания, да еще художников и врачей, приходящих туда для изучения своего искусства; чтобы проникнуть туда, охотники попросту присваивают себе одно из этих званий. Итак, в Петербурге бани и купальни разделены для обоих полов перегородкой, но многие старые женщины всегда предпочитают вмешиваться в толпу мужчин; да кроме того, вымывшись в бане, и мужчины и женщины выбегают голышом и вместе бегут окунуться в протекающей сзади бани реке. Тут самые целомудренные женщины прикрываются березовым веником, которым они парились в бане. Когда мужчина хочет вымыться отдельно, его часто моет и парит женщина: она тщательно и с полным равнодушием исполняет эти обязанности. В деревне устройство бань старинное, то есть там все полы и возрасты моются вместе, и семья, состоящая из сорокалетнего отца, тридцатипятилетней матери, двадцатилетнего сына и пятнадцатилетней дочери, ходит в баню, и члены ее взаимно моют и парят друг друга в состоянии невинности первых человеков.

Читать еще:  Отделка потолка,стен,пола парилки в бане своими руками

Эти обычаи не только кажутся нам оскорбительными, но они и действительно оскорбительны у недикого народа, уже носящего одежду, но, в сущности, они вовсе не являются результатом развращенности и не свидетельствуют о распутстве. Скажу больше, вовсе не эти бани доводят народ до распутства, наоборот, они, несомненно, очень полезны для него. Сердце русского юноши не трепещет и кровь не кипит при мысли о формирующейся груди. Ему нечего вздыхать о тайных, неведомых прелестях — он уже с детства все видел и все знает. Никогда молодая русская девушка не краснеет от любопытства или от нескромной мысли, от мужа она не узнает ничего для себя нового…»

P.S. В посте отражено положение вещей во времена Екатерины II.

Существует большое количество свидетельств иностранных путешественников о том, что в Московской Руси были общие бани, где мужчины и женщины парились вместе. Но так ли это?

Это утверждение не совсем верно. Например, в банях, которые были у крестьян в деревнях, могли посещать и мужчины и женщины, но только родственники. Попасть туда с незнакомыми людьми было нельзя, так как бани в основном строились для себя, были в каждом дворе, поэтому и мыться в них могли целой семьей. Совсем по – другому обстояла ситуация в городах, где мылись все вместе, что особенно странным явлением было для иностранцев, которые посещали Россию. Закон о том, чтобы строить отдельно женские и отдельно мужские бани выдала Екатерина II.

В деревнях бани топились в основном по субботам, а также большим праздникам. Первыми шли мыться мужчины и дети, а затем женщины. Мыться на полный желудок считалось недопустимым, так как это могло привести к появлению лишнего веса. Глава семьи подготавливал березовый веник (замачивал в горячей воде), прыскал водой на камни, крутил им над горячими камнями, пока веник не начинал истончать аромат и пар. Когда листья становились мягкими, и не липли к телу, начинали париться и мыться.

В деревнях баня могла топиться «по-черному» и «по-белому». Когда при растапливании дым выходил наружу через трубу, значит баня топилась по-белому, если же дым шел в парную, ее проветривали, стены окатывали холодной водой, после чего парились по-черному.

Одним из оригинальнейших способов помыться, был вариант – в печи. Мылись таким образом — после приготовления пищи в печь стелили солому, для того чтобы человек не испачкался, а на стены прыскался квас или вода.

Что касается городов, то там строили общественные бани, первые из которых возводили по приказу царя Алексея Михайловича. Бани представляли собой одноэтажные постройки возле реки, которые состояли из таких помещений: мыльня, раздевальные, парные. Было принято в таких банях париться вместе (мужчины, женщины и дети).

По словам путешественников: «там ходят женщины разного возраста, не стыдясь, да еще и шутят над своей нескромностью». Удивительным для зарубежных гостей было и то, как распаренные женщины и мужчины выбегали, в чем мать родила на улицу, и окунались в ледяную воду реки. Просуществовали такие бани примерно одно столетие: так уже в 1743 году мужчинам и женщинам стало запрещено париться вместе. Но существовал этот запрет только на бумаге, а окончательный раздел бань случился тогда, когда стали возводить парные с разными отделениями для женщин и мужчин.

Иди в баню: как парные стали круче спа в светской тусовке

Приближается Новый год, а праздник этот в нашей стране связан не только с шампанским, мандаринами и оливье, но, благодаря кинематографу, и с баней. Об этом виде досуга, который вдруг стал популярен и среди светских персон, и предлагаем поговорить сегодня.

Баня, конечно, важная часть культурного кода — менялись эпохи, правители и даже государственный строй, а баня нет-нет да и становилась сюжетообразующей локацией в самых разных ситуациях. Пожалуй, мало найдется в нашей стране людей, которые хотя бы раз не смотрели фильм Эльдара Рязанова «Ирония судьбы, или С легким паром!». Да что там, у многих смотреть 31 декабря на то, как Женя Лукашин улетает в Ленинград, такая же важная традиция, как у самого героя фильма — ходить в баню с друзьями.

Кадр из фильма «Ирония судьбы, или С легким паром!»

К 1990-м баня не потеряла своей актуальности, правда, теперь больше ассоциировалась с местом, где можно задержать генерального прокурора. Сюжет, однако, тоже лихо закрученный.

Но вот какой сюжет совсем не вписывался в обрамление из березовых веников, так это светский. Разговоры про баню — это откуда-то из курилки, где встретились Петрович и Михалыч, а не из кулуаров, где воркуют барышни с Патриков.

В конце концов, в отечественном шоу-бизнесе за последние десятки лет звание амбассадоров бани без боя (а с кем за него бороться-то) взяли Игорь Николаев и Анастасия Волочкова (равноправие!).

Игорь Николаев

Линию разграничения провели четко: Николаев стал героем добродушных мемов, Волочкова — мишенью язвительных комментариев в инстаграме. Так бы и измеряла Анастасия площадь парной своими шпагатами и оставалась «грозой банщиков», как, по ее словам, ее называют за любовь к горячему пару, но тут жару поддали светские героини.

Анастасия Волочкова

В жанровую съемку стремительно ворвалась Вика Газинская, которая так рьяно теперь агитирует за поход в баню в любом состоянии, что становится даже тревожно.

Кстати, в прошлый раз отправилась в баню с температурой 37,2 (слава Богу, люди нормальные — от меня не шарахались, на меня не заявили). Была небольшая слабость и классическое состояние пред ОРВИ. Но! После баньки все как рукой сняло! Так и живем (здесь и далее орфография и пунктуация авторов сохранены. — Прим. ред.),

— написала дизайнер у себя в инстаграме.

Вика Газинская

Пойти в этом году действительно стало особо некуда, поэтому, видимо, знаменитости последовали давнему совету — пошли в баню.

Тематические фото в этом году замелькали в том числе у Надежды Оболенцевой и Натальи Водяновой — модель отметила в сауне день рождения, назвав ее своим «праздничным сьютом».

Надежда Оболенцева Наталья Водянова

Ну а та же Газинская претендует уже на роль главного эксперта по баням, раздавая советы подписчикам — пока бесплатно в комментариях, но есть потенциал и для коучинга.

Поверьте, я знаю об общественных банях не понаслышке. Парилась почти во всех в студенчестве. Мои любимые — Варшавские. Там лучший пар был (говорят, и сейчас такой же. ). Также мне рассказали, что хороши Краснопресненские! Схожу проведать,

— делилась опытом Газинская.

А вот знаменитые Сандуны Вику не впечатляют — «категорически не зашли по уровню пара». На популярность исторических бань вердикт Газинской, впрочем, не влияет. Номера бронируются не хуже столиков в модных ресторанах.

Ну а привычные групповые портреты мужских компаний теперь разбавлены и типичным инстаграм-контентом, где посетительницы пытаются сделать модное фото, изящно драпируя простынь. Но тут, конечно, сперва нужен мастер-класс от Виктории Шеляговой.

Виктория Шелягова

Статус модной локации закрепился и официальной съемкой — в прошлом году Сандуны даже попали на модную обложку. Красота и помпезность интерьеров может составить конкуренцию и петербургским дворцам, к которым, как известно, светское общество тоже неровно дышит.

Учитывая тягу артистов светского жанра к переодеванию то в кокошник, то в индийское сари, тематическая вечеринка в бане тоже не должна оставить равнодушной. Ну а если добавить колорита Римской империи, то напишут про нее не только в Tatler, но, возможно, и в «Медузе», как про острый социально-политический перформанс.

Организовать его, право, несложно. Вика Газинская выберет баню, Настя Волочкова измерит площадь шпагатами, чтобы остались метры на социальную дистанцию, Надя Оболенцева в рамках своего интеллектуального клуба прочитает лекцию.

Алло, Михаил Друян? После 2020-го мы уже ко всему готовы!

Cемейная баня

Поделиться:

(Фрагмент из повести «Тихая дачная жизнь»)

Сурин в состоянии «смятения мыслей» просидел в своём травяном укрытии ещё некоторое время и только тогда, будто только пришёл, предстал перед женой и сыном. Радость Лены, вызванная его нежданным появлением, тут же сменилась разочарованием, когда она узнала, что он уже завтра должен уехать для заступления на дежурство с субботы на воскресенье. В то же время жена вела себя так, будто ничего особенного за десять минут до того не произошло, впрочем, так же как и сын, который лишь поздоровался, продолжая работать на «плантации». На вопрос: как дела, что нового? Лена лишь отмахнулась:

— Да что тут может быть нового. ничего, мы вот работаем, а Ирка гуляет. Небось, видел её?

Так и эдак Сурин пытался «подвигнуть» жену к объяснению, но та, похоже, была совершенно искренна, вела себя, как ни в чём не бывало. Она сначала накормила мужа с дороги, потом пошла заканчивать стирку. Спросить в лоб: что за странные игры затеяла она с сыном, и что там случилось. в душевой? На это он почему-то так и не решился, хотя только об этом и думал.

Поев, Сурин пошёл пилить и колоть дрова, ибо получалось так, что еженедельный субботне-банный день переносился на сегодня, пятницу. Сын терпеливо и безропотно собирал жуков, а Лена постирав, вывесила бельё. Ближе к обеду Сурин всё же задал «наводящий» вопрос:

— А Антошка, что сегодня смирный такой, пашет, спины не разгибая, даже не возмущается?

— Возмущался, ещё как, с ребятами в волейбол, видите ли он договорился. Моду взял каждый день там пропадает. Ремнём по заднице получил и перестал возмущаться,- совершенно спокойно ответила Лена.

«Ничего себе, это называется получил, только не понятно кто кого там. по заднице»,- размышлял про себя Сурин, не в состоянии понять почему жена скрывает от него случившееся и ещё больше удивляясь её не показному спокойствию. «Может она боится признаться, что уже не справляется с сыном? Но нет, непохоже. Неужто считает, что он ничего не должен знать? Странно. «

На обед вся семья собралась в саду за столом, установленном под раскидистой старой яблоней. Дети старались как можно скорей проглотить пищу: Иринка спешила к подружкам, с которыми они договорились идти купаться на пруд, а Антон надеялся, что его, наконец, отпустят на волейбольную площадку. Лене эта спешка не нравилась. Она уже облачённая в халат и фартук недовольно выговаривала дочери:

— Какое купание. не видишь, дождь собирается.

— Какой дождь, с самого утра такая погода,- плаксиво возражала Иринка, давясь салатом из редиски и лука.

— Знаю я эти ваши купания. Перед мальчишками будете выделываться. Рано ещё в купальниках дефилировать.

— Ты что, мам, мы ж просто. жарко ведь,- густо покраснела дочь.

— А ты, что колорадцев уже всех собрал?- мать перекинулась на сына.

— Нее. не успел. Их же там на каждом кусту, и чуть не под каждым листом кладки. Вон у меня все руки от них жёлтые, не отмыть,- виновато запричитал Антон.

— А кто заканчивать будет. Пушкин, что ли?!

— Да ладно Лен. Я баню затоплю, и пока топится, по рядам пройдусь. Там же немного осталось?- пришёл на помощь сыну Сурин.

— Да пап. немного, четыре ряда всего. Я покажу, где закончил,- затараторил Антон, благодарно заглядывая отцу в глаза.

После обеда дети как можно быстрее покинули дом, опасаясь ухудшения настроения матери. Они не были лентяями, они были детьми, а почти все дети до поры не любят домашней работы, даже те, из которых потом вырастают настоящие «пахари». Сурин надеялся, что жена станет откровеннее, когда детей дома не будет. Но Лена как будто напрочь забыла о произошедшем утром. Она по-прежнему вела себя естественно, помыла посуду, промела дом, и вновь в купальнике вышла к мужу на картофельную делянку.

Сурин собирал колорадцев в банку, чтобы затем сжечь их на железном поддоне. Лена стояла рядом, и попеременно поворачиваясь к солнцу то одним, то другим боком, рассказывала о скандале, который случился позавчера вечером у соседей напротив:

— Представляешь, уже часов десять вечера, мы все у телевизора, окно открыто. Тут вдруг кто-то соседке по окну как загрохочет. Сильно так, как стекло не разбил, удивляюсь. Я к окну, гляжу мужик. Ну, я тебе, помнишь, рассказывала бывший муж этой Фаины. В окно ей стучит и орёт, материт её, что, говорит, сука, с черножёпым связалась, сейчас я всех вас тут подпалю. Ну, ты что не помнишь, я же рассказывала, что у неё сейчас азербайджанец в примаках живёт. Ну, он орал, орал, а к нему так никто и не вышел, только окно открыли, он и угомонился. Думаю, ему этот «чёрный» на выпивку отстегнул.

«Добив» жуков, Сурин натаскал воды и затопил баню. Лена то уходила в дом, то подходила к нему. Но он так и не дождался объяснений, а сам спросить не отважился. Около семи часов пришла с пруда Иринка. Мать сразу погнала её в душ ополаскиваться:

— Давай, давай, в этом пруду кто только не купается, и собаки и всякая пьянь, бомжи. Сейчас же всё с себя смой, в баню я тебя такую не пущу.

Дочь с недовольной миной поплелась в душ, но там проплескалась под струями нагревшейся за день воды до тех пор, пока мать не выгнала её и оттуда. Запыхавшийся и довольный Антон прибежал, когда баня была уже готова. Первыми по ещё не большому жару мыться пошли мать и дочь. Иринку заставить париться можно было только втащив в парную за волосы. Потому Лена, намылив и окатив водой только начинавшее круглиться и бугриться на груди, бёдрах и животе тело дочери, отправила её, закутав в махровый халат, в дом.

Читать еще:  Отделка комнаты отдыха в бане

— Всё, иди. Скажи отцу, чтобы шёл,- напутствовала её Лена, и уловив лукавый взгляд дочери на себя раздетую, тут же взорвалась,- Я тебе сейчас зенками постреляю, я тебе приколюсь, сопля зелёная, а ну марш отсюда, то же мне, нимфетка с мыльной фабрики!

— Ну ты чё ма. я ж ничего,- сразу стушевалась дочь, красным круглым лицом в капюшоне халата похожая на матрёшку, и уворачиваясь от пухлой руки матери, вознамерившейся отвесить ей оплеуху, скрылась за дверью предбанника.

Тем не менее, дома Иринка с той же двусмысленной улыбочкой сообщила уже отцу:

— Пап, тебя мама в баню зовёт.

Отец в отличие от матери не разозлился.

— Да дочь. сейчас иду,- с этими словами он взял заранее приготовленный свежий берёзовый веник, ибо любил попариться.

Баня, уже не новый, но ещё крепкий бревенчатый сруб, состояла из трёх небольших отделений: предбанника-раздевалки, моечного отделения и парной. Пока мылись мать и дочь парная была не задействована. Когда же пришёл Сурин. Он сразу подбрасывал дров и забирался в парную на полок, под самый потолок, «отмокать». Лена на полок не лазила, она оставалась внизу. Когда же Сурин «отмокнув» плескал холодную воду на каменку, поддавал пару. Лена с визгом садилась на корточки, а если и там, в самом низу для неё оказывалось не в терпёж, пулей выскакивала из парной. Сурин с удовольствием наблюдал эти «сцены». Вот и сейчас он набрал ковш воды. Предупредил:

— Подожди. сейчас. — жена поддерживая грудь, словно опасаясь что она чрезмерно болтается, хотя с той же целью можно было придерживать и множество прочих выпуклостей её добротного тела, молочно-белого, там где прилегал купальник, и различных оттенков тёмно-розового, в прочих местах. Она соскочила с лавки на которой сидела и поджав колени с некоторым подобием испуга, зажмурившись ждала упругой волны жара. Сурин плеснул и тут же крякнул. Пар, сопровождаемый шипением каменки, заполнял небольшое пространство парной.

— Ииии!- визжит Лена и опускается прямо на свои круглые колени, и наклоняет голову с распущенными волосами к полу

— Ну, ты прямо как поклоны бить собралась,- смеялся сверху Сурин, начиная хлестать себя веником, в то время как жена прямо на глазах покрывалась каплями пота.

— Молодец, сегодня выдержала, лезь сюда, попарю.

— Нее. я и здесь чуть жива,- едва не из последних сил отвечала Лена.

Сурин весь красный, в тугих жгутах длинных «легкоатлетических» мышц сошёл по ступенькам с полка, и окунув веник в таз с холодной водой стал легонько охаживать жену по относительно узкой спине в мягких складках, по широкому заду. Лена повизгивала снизу и просила почаще макать веник в воду. Наконец, её терпению наступил предел, она чуть приподнялась и не рискуя распрямиться полностью, задев мужа мягкими ягодицами протиснулась мимо него, выскользнула в моечное отделение. У Сурина было достаточно времени, чтобы не привлекая внимания жены осмотреть её тело. Но, ни каких следов «утреннего инцидента», ни каких даже подобий синяков на ней не просматривалось, кроме одного на правом бедре. Но его «поставил» он лично, во время прошлой бани, когда она вот так же убегала из парной, а он глубоко ухватив её, удержал и продолжал парить, пока она со смехом не выскользнула.

Настоящая парилка началась уже после того, как Лена обмотав голову полотенцем и облачившись в банный халат уходила и приходил Антон. Здесь отец сразу загонял сына на самый верх поддавал пару и хлестал безо всякой пощады. Спросить у Антона, что там у них с матерью была за «борьба в душе», Сурин тоже не решился.

РОЖДЕСТВО В ДЕРЕВНЕ. Глава 1. Первая ночь

Категория: Группа, Свингеры, Наблюдатели, Мастурбация

— Ну, вы идите в первый жар, а мы с Танькой потом придём, — сказала тётя Вера и подала дяде Валере полотенца.

Я никогда до этого не бывал в деревенской бане, да и в сауне, по чесноку, был только два раза, а дома любил понежиться в ванне, потеребить своего петушка.

— Давай полезай на полок, — скомандовал дядя Валера, когда мы разделись донага в предбаннике и зашли внутрь. В бане было сухо и жарко.

— Эх, вот это то, что надо! Сейчас венички запарим.

Дядя Валера положил в таз два берёзовых веника, залил их кипятком.

— Чего стоишь, полезай, грейся.

Я забрался на полок, как назывались широкие нары. Чтобы не стукнуться головой о потолок, пришлось пригнуться.

— Да ты ложись, а то уши отгорят, — посоветовал дядя Валера.

Я вытянулся во весь рост, рядом пристроился дядя Валера.

— Что, не бывал в деревенской бане?

— Откуда? Мы же в городе живём.

— Знаю, что в городе, бывал я у вас. Когда ты ещё маленький был. Поди и не помнишь.

— Зато родители твои сюда к нам каждое лето приезжают. Любят они баньку-то с веничком. Особенно батька твой. Уж на что я банщик, а он меня пересиживает. Эх, давай-ка я парку немного подкину.

Он встал с полка, плеснул на камни кипятка, и сразу сверху накатила волна жгучего воздуха.

— Эх, добро! — крякнул дядя Валера и снова лёг на полок.

— Ну, как там пар? — раздался из предбанника голос тёти Веры.

— Добрый! Заходите скорей.

И через минуту дверь открылась, и в баню быстро шмыгнула голая тётя Вера, а следом за ней и Танька. Тоже в чём мать родила. Мой дружок сразу же встал. Чтобы скрыть это, я повернулся на живот.

— Танька, полезай к Ваське, — скомандовал дядя Валера.

Танька залезла на полок, вытянулась рядом со мной.

— Двигайся давай, а то батьке места не хватит, — сказала, устраиваясь с ней рядом, тётя Вера.

Танька придвинулась ко мне вплотную, и мне показалось, что от её тела в бане стало намного жарче. Устроилась тётя Вера, с краю, подкинув парку, лёг дядя Валера.

— Васька, как ты там?

— Уши не загнулись в трубочку?

Пот с меня тёк уже ручьём, было невыносимо жарко, но прижатый к стене, я никуда не мог деться.

— Валерка, ты в бане что ли? — раздался с улицы мужской голос.

— А где же мне ещё быть?

— Помоги, а! Опять аккумулятор сел, не заводится зараза. Иди крутани ручку.

— Чо, приспичило? Край конец?

— Приспичило, Валерка. В село смотаться надо.

— Не горит, а нада.

— Подожди, дай хоть ополоснуться.

Дядя Валера встал, налил в таз воды, стал полоскаться.

— Васька, ты там не перегрейся. Слезай давай, охолони в предбаннике.

— Да ничего, дядя Валера, — сказал я, хотя действительно дольше лежать было уже невмоготу.

— Слезай, слезай. У нас тут больницы нету, отваживать будет некому.

Пришлось мне со стоящим концом перелезать сначала через лежащую на спине Таньку, потом — через тётю Веру. Как я ни старался не касаться их тел, в тесноте бани это было невозможно. Я сполз на пол и боком, чтобы не видела лежащая с краю тётя Вера моего торчащего дружка, вышел в предбанник.

Почти сразу же вышел и дядя Валера.

— Я ненадолочко, — сказал он мне, кивнул головой на выход и щёлкнул себя по горлу. Я понял, что он пошёл не машину заводить, а выпивать, пока жена моется в бане.

— Васька, ты там не простынь, — предостерегла тётя Вера. — Не лето, поди. Давай-ко обратно. Вон хоть на лавке посиди.

Конец у меня немного опал, но я всё равно сильно стесняясь своей наготы, вошёл в баню и сел на широкую лавку возле двери.

— Ты чего такой робкий? — спросила тётя Вера. — Голых баб что ли не видал.

Я почувствовал, как моё лицо наливается краской.

— Ну, да где там у вас! — ответила сама себе тётя Вера. — Это мы тут все в бане вместе моемся. И родители твои, когда приезжают, тоже вместе с нами в баню ходят. Мы вон и с соседями часто вместе моемся. Чо тут такого-то? Испокон веков так было. Ох, едришкина жись! — спохватилась вдруг она. Сейчас ведь опять назаводятся до поросячьего визгу. Как это сразу-то не дотумкала. Вот паразиты!

Она слезла с полка, и тут я успел рассмотреть её соблазнительную фигуру. Женщина в тридцать пять лет была очень даже красива. Широкие бёдра, тонкая талия, большие груди, немного полноватые ноги и чёрный треугольник между ними… Воспользовавшись тем, что мать слезла с полка и стала наливать себе воду, Танька тоже слезла на пол и вышла в предбанник. Сидя, опустив голову от смущения, я всё же разглядел и её. Фигурка моей двоюродной сестры, которой так же, как мне исполнилось семнадцать лет, была, что надо.
Тётя Вера намылила шампунем голову, и теперь я мог смело рассматривать её соблазнительное тело. Её тазик стоял на лавке, на которой сидел я, поэтому она стояла ко мне боком. Её тугие груди возбуждающе качались в полуметре от меня, и мой дружок снова встал.

Смыв с волос пену, тётя Вера крикнула:

— Танька, иди спину мне пошоркай.

— Пусть Васька пошоркает, я ещё не охолонула.

— Ладно, только смотри, не простудись. Ты там хоть халат на плечи набрось.

— Да набросила уже.

Тётя Вера намылила мочалку и протянула мне:

-На-ко пошоркай мне спину-то.

Я взял мочалку, тётя Вера повернулась ко мне спиной, наклонилась вперёд, оперевшись руками о край лавки. Я стал несмело водить мочалкой по её спине.

— Ты чо так гладишь-то? Сил что ли нету, — хихикнула тётя Вера. — Давай шибче, да не только лопатки три, плечи тоже.

Мне пришлось придвинуться ближе, и когда руки с зажатой в них мочалкой натирали плечи и шею, низом живота я невольно прижимался к аппетитной попке своё соблазнительной тёти, хоть и пытался из всех сил отклячивать свою задницу.

— Ишь ты как он на родную тётю-то реагирует, — хихикнула тётя Вера. — Совсем уж большой вырос.

И сказала она это про меня или про моего дружка, я так и не понял.

— Ладно, ополосни спину-то, да забирайся на полок.

Она взяла из моих рук мочалку, легонько шлёпнула ниже спины, подгоняя в сторону полка. Я снова лёг на живот и боковым зрением стал наблюдать за тётей. Она намылила мочалку, прошлась ею по рукам, по грудям, по животу, раздвинула ноги и потёрла промежность, потом поставила на лавку одну ногу, намылила её, потом то же самое проделала со второй. Опять провела пару раз между ног. Вылила на себя воду из тазика, налила новой, стала полоскать волосы, после поплескала на себя, потом выпрямилась, вылила на голову содержимое тазика.

— Вы тут не балуйте. Рано Таньке, мала ещё. Слышишь, Танька? Иди давай мыться, а я побегу, пока мужики совсем не окосели. Да не ошпарьтесь кипятком-то. Танька, хватит на холоде сидеть, бегом на полок. Да попарьтесь как следует, а то этот шалопай нам сёдни и попариться не дал. Загорелось у него там…

Она вышла в предбанник, а вместо неё вошла Танька. Взяла ковшик, плеснула на каменку и легла рядом. Когда хлопнула дверь предбанника, спросила:

— А ты правда голых женщин раньше не видал?

— В интернете видел, сколько хошь.

— Поня-а-атно! — протянула Танька. — Ну, что, париться будем? Ты сам или тебя попарить? Ладно, давай попарю, потом ты меня.

Она встала, взяла распаренный веник, смахнула с него воду на камни, те отозвались недовольным шипением. Подкинула пару и принялась хлестать меня веником. Было не больно, но не выносимо жарко. И вскоре я взмолился.

— Ладно, иди на пару минут в предбанник, охолони, потом меня попаришь. Через пару минут я хлестал свою двоюродную сестру по спине, потом она развернулась, и теперь передо мной возлежала красивая девушка с чертовски аппетитными сиськами. Я начал хлестать её веником.

— Да ты не так сильно, — подсказала девушка. — Легче надо, и от потолка воздух вниз гнать.

Я стал делать так, как мне рекомендовали.

— Ой, соски сгорят, — сказала Танька и накрыла груди ладошками. — Ох, и хорошо, хоть ты и не умеешь парить. Меня обычно мама хлещет да ещё двумя вениками. Вот это класс! Ладно, давай мыться.

Она поднялась с полка, распахнула дверь и стала наливать в таз воду. Потом подала ковшик:

— Налаживай себе сам.

Пока я наливал себе горячую и холодную воду, она намылила голову и пока мыла свои длинные волосы, я любовался её фигуркой. Конечно, мой дружок тут же отреагировал на эту красоту, и я отвернулся, чтобы Танька ничего не заметила.

Потом она так же, как мать, попросила потереть спину, так же повернулась ко мне попкой, нагнулась и оперлась о край лавки. И снова, как бы я ни старался отодвигаться, мой дружок то и дело касался сладкой попки.

— Ну, ты чего? — спросила Танька, когда я не нарочно коснулся её в третий раз.

— Чего? — не понял я.

— Пристаёшь, вот чего.

— Да ничего я и не пристаю.

— Не пристаёт он, а сам аж проткнуть норовит.

Я смущённо отодвинулся дальше.

— Ну и чего? — сказала Танька. — И кто мне плечи тереть будет?

И тогда я осмелел. Я прижался к её попке точащим членом и стал намыливать сестре плечи, стараясь как можно дольше продлить удовольствие. Она не возражала, наоборот раздвинула шире ноги, и мой дружок скользнул в промежность.

— Э, ты чего! — насторожилась девушка.

— Ничего, спину шоркаю, — использовал я сегодня впервые услышанное слово.

— Ладно, пошоркал и хватит. Поворачивайся, теперь я тебе шоркать буду.

Я послушно повернулся спиной, Танька долго тёрла мне спину мочалкой. Потом ополоснула водой.

— Ну, вы чо там, угорели что ли? — послышался из предбанника голос тёти Веры.

— Нет, мам, всё нормально, уже заканчиваем мыться.

— Попарились. Только Васька парить не умеет

— Да где же ему там в городе научиться то? Ладно, давайте скорее, там у меня уже на столе всё. Побегу, а то батька без меня как бы не наклюкался.
Автор: Леонид Лебедев

голоса
Рейтинг статьи
Ссылка на основную публикацию
ВсеИнструменты
Adblock
detector